Пэлем Грэнвил Вудхауз. Деньги в банке - глава четырнадцатая
76 >
пояс, в армейских подтяжках на могучем торсе, произвел на нее сильнейшее
впечатление. - Ладно, значит, скажешь Шимпу, что старикан спрятал камушки
где-то у себя в комнате, объяснишь, где она и когда в нее лучше наведаться,
и что лезть придется ему, потому что ты сдрейфил. Ясно?
Мистер Моллой колебался. Ему не хотелось ответить "нет" и выставить
себя идиотом. Это уже случалось с ним, когда он сомневался в гениальных
планах своей жены.
С другой стороны, он действительно не видел в ее словах никакого
смысла.
- Ладно, я отвечу тебе, крошка, - сказал он. - Все, что ты говорила,
ясно, как божий день, только мне кажется, что ничего не выйдет. Шимп
залезет, пороется, пороется, не найдет стекляшек, потому что их там нет, и
вылезет обратно. И что мы получим? Ну разве выставим Шимпа дураком. Я-то
надеялся, ты придумаешь такое, чтоб он сюда и носа не сунул.
- Я и придумала.
- Не вижу.
Долли хотела ответить, что он не увидел бы магазин Вулворта, стоя
напротив с подзорной трубой, но сдержалась - отчасти потому, что любила мужа
и не хотела его обижать, отчасти по недостатку времени.
- Что будет, когда лорд Кейкбред его застукает?
- Ты же сказала, он будет занят.
- Я этого не говорила. Я сказала, чтобы ты сказал это Шимпу. Как только
ты позвонишь, что он вышел, я иду к лорду Кейкбреду и советую ему держать
ухо востро. Мол, я узнала, что какой-то подонок собрался сегодня обчистить
его комнату. И что? Он прячется и ловит Шимпа за шкирку. Может, отлупит,
может, просто пугнет. Пусть после этого Шимп попробует подъехать на
следующее утро и в виде миллионера! Тут же лорд Кейкбред выйдет вперед и
скажет миссис Корк: "Какой он к чертям собачьим миллионер! Воришка, и все
тут", а миссис Корк достанет ружье и велит Шимпу убираться, пока она не
всадила ему в спину унцию свинца и не спустила собак. Теперь понял?
Мистер Моллой не повергся лицом в прах, но был к этому близок. Никогда,
поклялся он мысленно, никогда больше не усомнится он в планах этой чудесной
женщины, даже если их достоинства не сразу открываются неповоротливому
мужскому уму. Его красивые, честные глаза вспыхнули.
- Ну, класс!
- Согласна.
- Непременно сработает.
- Непременно.
- Шимпа как ветром сдует.
- Уедет, и больше не покажется.
- Бегу в гостиницу.
- Давай. Позвони мне с почты, что он вышел, а я сразу к Кейкбреду. Тут
главное скорость.
Мистер Моллой двинулся широким шагом. Его ноги, обычно не склонные к
