Library

59 >

людей слово "брильянты". Когда Шимп закончил, в глазах  Долли горели звезды,
а мистер Моллой  дышал,  как сенатор-астматик  во  время приступа. Оба  были
поражены. Оказалось, что, они  живут  в стране Мальчика-с-Пальчик или пещере
Али-Бабы, где повсюду рассованы мешочки с бесценными алмазами.
     Зачарованную тишину нарушила миссис Моллой.
     - Только подумать, Кейкбред-то лорд! - сказала она. - Вот что, Мыльный,
сегодня  же  начну обхаживать старого перечника. Когда маленько  оклемается,
пусть у него рядом будет подружка, от которой ничего нельзя скрыть.
     - Хм!
     - А ты пока что ищи.
     - Буду искать.
     - Они могут быть где угодно.
     - Это точно.
     -А вдруг ты их найдешь!
     - Уж  я  все  переверну.  А  теперь, -  сказал  мистер  Моллой  (он уже
окончательно  раздышался  и снова  стал  похож  на  самого  себя),  - насчет
условий.
     Миссис Моллой не поняла.
     - Каких условий?
     - Как делить будем,  -  объяснил мистер  Моллой.  - Не забывай,  киска,
будет только справедливо, если Шимп получит свою часть.
     - Ах да, - сказала миссис Моллой. Она совершенно упустила из  виду этот
вопрос. - Ты хочешь взять его в долю.
     - Ну да. Он  нам  здорово помог, тут не  отвертишься.  Здорово помог. -
Мистер Моллой великодушно  улыбнулся  Шимпу; если  в  его манере и  сквозила
легкая  покровительственность,   то  благодетелям  всегда  трудно  от  этого
уберечься. - Я убежден, что Шимп должен получить свое.
     - Может, ты  и прав, -  отвечала Долли. Она сочла предложение несколько
донкихотским, но готова была уступить. - Двадцать пять процентов?
     - Я бы  отдал тридцать. Смотри на вещи шире.  Без доброго старого Шимпа
мы могли бы до них и не добраться.
     - Как скажешь. Значит, договорились. Шимпу - тридцать.
     - Мне так представляется.
     - Деньги немалые.
     - Солидный куш.
     - И все ж, он - наш старый приятель.
     - Очень старый.
     - Мне он всегда нравился.
     - И мне.
     - Не  знаю  человека, - продолжал мистер  Моллой,  все с тем же  легким
оттенком покровительственности, - которого я  бы  ценил  больше, чем старину
Шимпа.
     Хриплый, скрежещущий  звук  нарушил  молчание,  наступившее  после этих
продолжительных восхвалений: старина Шимп прочистил горло.
     - Минуточку! - сказал он. - Минуточку, минуточку!
     Его слова внесли  диссонанс  в атмосферу дружеского умиротворения. Двое
восторженных   обожателей    различили    в    голосе   третьего   некоторую
обеспокоенность.  Шимп  Твист  походил  на  обезьяну,  у которой ее  товарки

Следующая

59 >