Library

81 >

     Я до сих пор жалею, вспоминая тот ужин, что душевные  терзания помешали
мне  по  достоинству  оценить  трапезу, которая при  других  обстоятельствах
доставила  бы  мне  истинное  удовольствие.  Конечно,  сэр Уоткин Бассет  --
гнуснейшая личность,  но закатывает своим гостям настоящие пиры,  и как я ни
был погружен в свои заботы, очень  скоро понял, что у его поварихи талант от
Бога. После великолепного супа подали рыбу -- пальчики  оближешь, потом рагу
из  дичи  в  вине  и  с острым соусом, которого не постыдился бы и  Анатоль.
Добавьте к этому спаржу, омлет с джемом, восхитительные  сардины на ломтиках
хлеба, и вы меня поймете.
     Конечно, я почти  ни  к чему  не  прикоснулся. Как справедливо  заметил
мудрец,  лучше  блюдо  зелени и при  нем  никто  никого  не подсиживает, чем
обжираловка  и  все  зверем глядят друг на друга, так что, когда я глядел на
Гасси и Мадлен Бассет, которые сидели рядом напротив меня, мне казалось, что
я жую вату. Мне было их очень жалко.
     Вы ведь знаете,  как  обычно ведут  себя  в обществе обрученные.  Вечно
шепчутся, склонив друг к другу головы, играют в ладушки и заливаются смехом,
шутливо поддразнивают друг друга, ловят, увертываются. Однажды я даже видел,
как  женская  половина обрученной парочки кормила мужскую  с  вилки.  Ничего
подобного  не  происходило между Мадлен Бассет  и  Гасси. Он был бледен  как
мертвец, она держалась холодно, надменно  и  отчужденно.  Оба катали хлебные
шарики и, насколько я мог заметить,  за все время не перебросились и словом.
Хотя нет, он попросил ее передать соль, и она подала  ему  перец, он сказал:
"Я просил соль", а она процедила: "В самом деле?" -- и сунула ему горчицу.
     Дживс  сказал  правду, нет  никаких  сомнений. Они  больше  не жених  и
невеста, это трагедия, но за ней  кроется тайна. Я ничего не понимал, как ни
бейся, и  с нетерпением ждал конца ужина,  когда дамы  удалятся и я  наконец
узнаю у Гасси за портвейном, что стряслось.
     Однако, к  моему  изумлению,  едва  последняя представительница слабого
пола вышла  в дверь, которую  держал перед  дамами Гасси, как  сам он  пулей
вылетел вслед и не вернулся, оставив меня в обществе хозяина дома и Родерика
Спода.  Они   сидели   рядышком   на   противоположном   конце  стола,  тихо
разговаривали  и  бросали  на  меня  такие  взгляды,  будто  я  --  досрочно
освобожденный из тюрьмы уголовник, который вломился к ним  без приглашения и
за которым надо неусыпно  следить,  иначе прикарманит ложку-другую, и потому
довольно скоро я  тоже  встал из-за  стола.  Пробормотал, что-де забыл  свой

Следующая

81 >