Library

121 >

     Те,  кто  хорошо  знает  Бертрама  Вустера,  говорят, имея  на  то  все
основания, что моя  душа наделена большим  запасом жизненных сил,  и  потому
даже в самых неблагоприятных обстоятельствах  я  обычно  поднимаюсь в высшие
пределы,  как бы  ни были  тяжелы  удары судьбы.  Меня не  упрекнешь, что  я
склоняю голову и предаюсь унынию. Однако когда я двигался к  библиотеке, где
должен был выполнить навязанную мне отвратительную  миссию,  по  моему  виду
можно было догадаться, что жизнь обошлась со мной довольно круто, у меня нет
ни малейшего желания  это  скрывать. Я  еле  передвигал ноги, казалось,  они
налиты свинцом, -- так вроде бы принято говорить.
     Стиффи  сравнила  предстоящую мне операцию с визитом  к  дантисту,  но,
приближаясь к  упомянутой двери, я чувствовал  себя как в  школьные времена,
когда шел к директору получать взбучку. Вы, конечно, помните, как  я однажды
вечером спустился  тайком в кабинет  преподобного Обри Апджона за печеньем и
вдруг  оказался  нос к носу со  старым  чертом: на мне немнущаяся  полосатая
пижама, он  в  костюме и смотрит на меня точно удав на кролика. В тот вечер,
прежде чем отпустить меня, он  назначил  мне свидание на завтра, в  половине
пятого, на том же месте, и сейчас  я почти  так же  холодел от страха, как в
тот далекий  день моего детства. Вот я  постучал в  дверь, и голос,  который
трудно было принять за голос человека, пригласил меня войти.
     Единственная разница заключалась в том,  что  преподобный  Обри сидел в
кабинете один, а  сэр  Уоткин Бассет был окружен  компанией  друзей. Когда я
поднес  руку к дверной  панели,  мне  послышался  гул голосов,  а  войдя,  я
убедился, что слух  не  обманул меня. За столом  сидел  папаша Бассет, рядом
стоял полицейский Юстас Оутс.
     Если  раньше  сердце  у  меня  замирало,  то  при   виде  этой  парочки
заколотилось  как  сумасшедшее. Не  знаю,  доводилось  ли  вам  когда-нибудь
представать перед мировым судьей, но  если  доводилось,  вы подтвердите, что
это не забывается, и если спустя  какое-то время вы вдруг видите сидящего за
столом  мирового  судью, а  рядом  с ним  стоит  полицейский, вы  вследствие
неизбежно  возникающих   ассоциаций   испытываете   легкий   шок  и  теряете
присутствие духа.
     Старикашка  Бассет  бросил на меня острый взгляд,  от  которого  сердце
совсем зашлось.
     -- Да, мистер Вустер?
     -- Э... а... могу я поговорить с вами?
     -- Поговорить  со мной? --  Я видел,  что в душе  сэра Уоткина  Бассета
борются  непреодолимая  неприязнь к Вустерам, которые грозят заполонить  его

Следующая

121 >