Пэлем Грэнвил Вудхауз. Билл-завоеватель - 3
59 >
Последовало молчание. Молодой человек, воспитанный в традиционных
взглядах на одежду, всегда теряется, если выйдет встречать приятеля, не
удосужась надеть пиджак, воротничок или ботинки, и столкнется нос к носу с
незнакомой девушкой, к тому же -- исключительно хорошенькой. Мы знаем, что
Билл любил Алису Кокер, однако зрения он не утратил и потому был способен
заметить, насколько девушка хороша. Девушки, разумеется, делятся на две
категории -- Алиса Кокер и все остальные, но невозможно скрыть, что эта
занимала среди всех остальных весьма заметное положение. Она была стройная,
белокурая, к ее складной фигурке очень шло платье из какой-то коричневой
материи. Строго говоря, оно было бежевое, но Билл в таких тонкостях не
разбирался. Он больше смотрел на глаза. Они были голубые-голубые и казались
необыкновенно широкими. Девушка смотрела на Билла, да еще как, с
недоверчивым ужасом, будто он ударил ее в самое больное место.
Билл покраснел и попытался спрятать ноги под коврик. В торговых рядах
Барлингтона его носки выглядели великолепно, но сейчас он охотно прикрыл бы
ярко-зеленые и розовые полоски. Билл мрачно размышлял, как опрометчиво
поступает молодой человек, когда в этом полном внезапностей мире среди бела
дня снимает ботинки. Таким образом, в первые минуты он не сделал ничего,
чтоб завязать оживленный разговор.
Девушка заговорила первой.
-- Силы небесные! -- вскричала она.
Билл чувствовал, что дела идут все хуже и хуже.
-- Ведь это же, -- продолжала она, моргая огромными голубыми глазами,
-- мистер Вест?
Вдобавок к прочим неловкостям Билл почувствовал, что покрывается
холодным потом. Мало того, что он вышел к этой исключительно хорошенькой
девушке босым, беспиджачным, безворотничковым, и как он теперь видел,
дырявоносочным; мало этого, она его помнит, а он ее напрочь забыл. Если бы
он просто запамятовал имя и мучительно силился приклеить ярлык к знакомому
лицу. Так нет, он ее не узнал, у него не возникло даже проблеска.
-- Вы меня забыли!
-- Забыл вас?! -- стойко отвечал Билл, чувствуя, как кто-то могучий
ворочает в его желудке колом. -- Конечно, нет! Забыть вас! -- Он
металлически рассмеялся. -- Тоже скажете! Просто... просто у меня ужасная
память на имена.
-- Фелисия Шеридан.
Билл понял, что становится серым.
-- Фелисия Шеридан, -- сказал он. -- Шеридан. Ну конечно.
-- Учитывая, что вы спасли мне жизнь, -- сказала Флик, -- мне было бы