Пэлем Грэнвил Вудхауз. Билл-завоеватель - 2
54 >
Что-то сродни искрометной радости, которая, несмотря на вторжение
миссис Матильды Пол переполняла Флик в Уимблдонском саду, преобразило в тот
день и жизнь Билла Веста, когда тот весело шагал по Пикадилли -- кто в такой
день едет в автобусе или на такси! -- к ресторану у Марио, на встречу с
мистером Уилфридом Слинсби, лондонским управляющим целлюлозно-бумажной
компании Парадена, Нью-Йорк. Биллу казалось, что не только погода утратила
свою хмурость, но и сама жизнь. Сегодня утром, впервые за две недели,
прошедшие с отплытия из Нью-Йорка, Джадсон Кокер вышел из состояния черной
подавленности и даже вроде повеселел. Просто удивительно, как налет бодрости
преображает тесную меблированную квартирку.
Джадсон, бесспорно, тяжело воспринял дисциплинарные меры. С той поры,
как пароход "Аквитания" пересек трехмильную зону, он пережил всю гамму
чувств от полного неверия до окамененного отчаяния. Не успела эта важнейшая
граница остаться за кормой "Аквитании", как он предложил Биллу зайти в
курительную и принять по маленькой. Отказ поначалу его насмешил. Билл, решил
он, всегда был комиком. Это ж надо -- ни разу не улыбнулся, выдавая весь
этот уморительный фарс про то, что не будет ни денег, ни жидкого
довольствия. Однако к середине дня Джадсон пришел к выводу, что шутки
шутками, и он не меньше других любит посмеяться, но розыгрыш не должен
заходить слишком далеко; а когда Билл наотрез отказался заказать
послеобеденный коктейль, без которого, как известно, пища просто не
усваивается, перед Джадсоном замаячила трагедия. С этой минуты тени
тюремного двора начали, так сказать, сгущаться вокруг несчастного, и наше
нежное перо отказывается рисовать подробности. Довольно сказать, что Джадсон
Кокер прибыл в Лондон мрачнее тучи, и лишь частые взгляды на фотографии
Алисы помогали Биллу терпеть общество страдальца. Кроме всего прочего,
жалобные мольбы дать хоть немного денег растрогали бы и самое черствое
сердце; и жизнь в квартире, которую Билл, проведя два дня в дорогих отелях,
нанял вместе с мебелью на три месяца, превратилась в сущий кошмар.
Однако сегодня все изменилось. То ли весна сказалась, то ли
многострадальная Джадсонова печенка начала поправляться -- этого Билл не
знал -- но факт остается фактом: трезвенник немного ожил. Дважды Билл
замечал на его губах блуждающую улыбку, а за завтраком, впервые за
тринадцать дней, Джадсон рассмеялся. Коротким, грустным, хриплым смешком --