Library

195 >

     Утро среды,  одиннадцать  часов,  ясный,  погожий  денек. Бесстрастный,
погруженный   в   собственные  дела  и  титанически  равнодушный  ко   всему
остальному, Лондон жил раз и навсегда заведенной будничной  жизнью. От Путни
до Слоан-сквер, от Криклвуда  до  Регент-стрит, от Сайденхем-хилл до Стрэнда
безостановочно катили  желтые  с  красным  омнибусы.  Полисмены поддерживали
порядок,  биржевые   маклеры   продавали   и   покупали   акции,  попрошайки
попрошайничали, пекари  пекли  пирожки,  бездельники бездельничали, аптекари
толкли  порошки,  машины мчались по Парку, мальчишки-- газетчики  дожидались
дневных  газет,  отставные  полковники  в  клубах  на Пикадилли и  Пэлл-Мэлл
предавались  грезам  о  ленче.  Единственным,  что  хоть как-то намекало  на
необычность этого  дня, был полосатый  навес перед входом в церковь св.Петра
на Итон-сквер, да красная ковровая дорожка на мостовой,  означавшие, что под
знаменитыми сводами назначено бракосочетание.
     Кроме Билла (в неброском сером костюме с едва заметным красным саржевым
кантом) и  селихемского терьера Боба  (в светло-бежевом ошейнике и с грязным
пятном на кончике  носа),  у навеса  толкались  старухи и помятые  личности.
Старухи вспоминали прежние свадьбы, помятые личности обсуждали, что это дело
-- верняк,  а то -- обязательно  выгорит. Для полноты  картины присутствовал
младенец в коляске,  без  которого не  может  обойтись не одно  значительное
событие.
     Из  всех  присутствующих  только  Билл  пришел  сюда  не  из  праздного
любопытства, но  зачем именно, он  бы объяснить  не сумел. Он  явно не  ждал
удовольствия от того, что увидит Флик, входящую в церковь, а затем выходящую
под руку  с мужем -- даже того скромного  удовольствия, на которое надеялись
старухи и  потертые личности. Нет, зрелище  будет для него  сплошной пыткой,
однако его не удержали  бы дома даже канатами. Есть в людях  глубоко сидящий
инстинкт, который заставляет их поворачивать нож в ране и травить себе душу;
это-то инстинкт и привел Билла сюда.
     Даже сейчас,  когда жених  и невеста еще не прибыли,  он не испытывал и
капли радости, хотя бы потому, что сражался с Бобом. Достойный  песик тяжело
переносил ожидание. Собачья  душа возмущалась. Он чувствовал, что его кругом
обманули. Увидев, что  Билл  собрался на  улицу,  Боб в последнее  мгновение
проскользнул в дверь  и  вежливо  попросил взять его на  прогулку.  Билл  по
видимости  согласился,  и сначала все шло,  как  положено, а теперь его  уже
двадцать минут мариновали на тесном мощеном пятачке; мало того, было похоже,

Следующая

195 >