Пэлем Грэнвил Вудхауз. Билл-завоеватель - 3
130 >
Потом начались события.
Шофер стоял так спокойно не потому, что выключил разум, а потому, что
наслаждался долгожданным отдыхом. Думать он как раз думал, вспоминая совет
дворецкого насчет завтрашних бегов. Этот знающий человек рекомендовал
ставить на Мыльного и, чем больше шофер размышлял, тем больше убеждался, что
завтра, в это самое время, он будет богаче на десять шиллингов.
Раздумья его смягчили. Приближающийся мальчик не вызвал в нем особого
раздражения. Вообще-то он их не любил, но сейчас -- ничего, терпел как-то.
Снисходительно по глядев на него, он снова предался мыслям. Значит, ставим
два шиллинга...
Что-то просвистело над дорогой и ударилось о капот. Оторопев на
мгновение, шофер увидел, что это -- большой камень. Тут же над изгородью
появилась ухмыляющаяся морда.
-- А, чтоб тебе! -- вскипел Огастес Бриггз. Тем временем в капот
ударился второй камень.
Шофер наш не отличался тонкостью чувств. Кто-кто, а он мог бы сказать:
"Цветочек нежный у ручья -- простой цветочек для меня, и больше ничего". Но
машину он любил пылкой, чистой любовью. Прикосновение камня коверкающей
глади принесло ему такую боль, какой он не испытал бы, попади злодей в него.
Коротко и страшно вскрикнув, он кинулся к изгороди.
Однако прорваться сквозь нее он не смог. Сквозь такие изгороди удачно
шныряют мальчики, но не шоферы в форме. Пришлось ограничиться словами. Пока
он сообщал мерзавцу, что бы он с ним сделал (конечно, не все, сразу всего не
вспомнишь), беглецы вылезли из укрытия. Когда шофер обернулся на знакомый
звук, машина уже трогалась с места. Когда он подбежал к шоссе, она, ведомая
беззаконной рукой, уже исчезла вдали.