Пэлем Грэнвил Вудхауз. Билл-завоеватель - 4
12 >
веснушчатое и встрепанное, с красными от слез носом и глазами, одним словом,
похожее на красавицу не больше, чем недельный младенец. Сейчас же склонный к
классическим сравнениям мистер Хэммонд при взгляде на Флик вспоминал не то
дриаду, не то пастушку из Феокритовых "Идиллий". Непонятно, когда и как
произошла эта удивительная перемена. Она подкрадывалась незаметно и
постепенно, сперва одна, затем другая черта переставала оскорблять взгляд:
то нога сократится до приемлемых человеческих пропорций, то копна янтарных
волос чудесным образом перестанет походить на метлу.
-- Привет, дядя Синклер, -- сказала Флик. В руках она держала пальто.
-- Вставай!
-- И не подумаю, -- сказал мистер Хэммонд.
-- Тетя Фрэнсис говорит, посвежело и надо надеть пальто.
Мистер Хэммонд покорился. Он знал, что рукава будут задевать о бумагу,
когда он вернется к письму, а следовательно -- раздражать и провоцировать на
несдержанные высказывания, но о том, чтобы зашвырнуть пальто в пруд к
золотым рыбкам, не стоило даже и мечтать. Если он останется сидеть без
пальто, а месяца через два простудится, ему обязательно припомнят упрямое
нежелание элементарно позаботиться о себе.
-- Ты, разумеется, знаешь, как помешала мне? -- спросил он, усаживаясь
на место.
Флик подняла глаза. Мистер Хэммонд заметил, что лицо ее против
обыкновения задумчиво. Уголки губ были опущены, нижняя губка закушена.
Голубые глаза, обычно наводящие на мысли о безоблачном небе, затуманились.
Мистер Хэммонд удивился. Он привык, что племянница никогда не унывает.
-- Ты правда занят, дядя?
-- Конечно, нет. Ты хочешь о чем-нибудь поговорить?
Она задумчиво потянула травинку.
-- Дядя Синклер, я знаю, что ты никому ничего не советуешь, но я хочу,
чтобы ради меня ты изменил своему правилу.
-- Ты -- другое дело. Для тебя, что угодно. Выкладывай.
-- Родерик сделал мне предложение. Как, по-твоему, я должна поступить?
Мистер Хэммонд внутренне содрогнулся. А он-то радовался, что это всего
лишь Флик. Какая ирония! Но кто знал, что она вывалит на него груду
неразрешимых проблем? Мистеру Хэммонду исполнилось пятьдесят три, и он
привык смотреть на жизнь, как на спектакль, довольствуясь ролью зрителя и не
стремясь ухватиться за рулевое колесо. Советовать Флик, за кого ей выйти
замуж? Только не это! И вообще, куда такой пигалице размышлять о замужестве?
И тут мистер Хэммонд осознал, что время не стоит на месте. Флик уже двадцать